ГЛАВА 3

ПЛАН АТАКИ

                       

Порт Таранто, расположенный в голове одноименно­го залива, находится на самом каблуке итальянского са­пога, в 520 милях от Мальты. Он был основной базой итальянского флота и имел портовые возможности, ко­торые позволяли обслуживать корабли любых классов. Порт состоял из внутренней гавани, названной Map Пикколо, полностью окруженной сушей. Узкий проход, названный Канал, связывал ее с большим внешним бас­сейном, названным Map Гранде. Он был прикрыт брекватером, идущим от мыса Рондинелла на юго-запад до острова Сан-Пьетро, потом к Изолотто Сан-Паоло. Здесь находилась северная точка прохода шириной 1187 мет­ров. На юге брекватер, названный Дига ди Сан-Вито, шел на северо-восток на расстояние 1609 метров от точ­ки, находящейся в 1206 метрах от одноименного мыса. Итальянское Верховное Командование превосходно зна­ло об опасности воздушной атаки и приняло серьезные меры для защиты кораблей. Имелась 21 зенитная батарея калибром 102 мм. Из них 13 находились на суше, а 8 были установлены на специальных плотах. Кроме того, име­лись 84 тяжелых и 109 легких пулеметов, прикрывавших весь район порта. Внушительные по числу стволов, эти батареи были устарелыми. Они оказались совершенно не способны ставить огневую завесу ночью. 22 прожектора были вполне современными, но только 2 из них были связаны с акустическими постами. Лишь 13 прожекторов были расставлены вокруг гавани. Но к ним могли присо­единиться по 2 прожектора с каждого корабля. Для прикрытия кораблей в Map Гранде требовалось 12800 метров противоторпедных сетей, но были установлены только 4200 метров. Еще 2900 метров валялись на берегу. Их не устанавливали потому, что кое-кто из адмиралов утвер­ждал, что они мешают кораблям входить в гавань и по­кидать ее. Дополняли систему обороны 90 аэростатов. Однако плохая погода в начале ноября уничтожила 60 из них, и в ночь атаки были подняты только 27. 10 из них были расположены на плотах западнее внутреннего брекватера, названного Дига ди Тарантола, который вдавал­ся в Map Гранде на 2400 метров примерно на таком же расстоянии к северо-востоку от Дига ди Сан-Вито. Еще 10 находились на берегу, образуя линию, идущую на се­веро-восток от начала Дига ди Тарантола. Оставшиеся 7 располагались на плотах посреди северной половины Map Гранде. Однако ПВО гавани имела серьезнейший недо­статок — полностью отсутствовала аппаратура постанов­ки дымзавес.

11 ноября в гавани Таранто стояло множество кораб­лей. В Map Гранде находились 2 новых линкора — «Витторио Венето» и «Литторио» — и 4 старых — «Конте ди Кавур», «Джулио Чезаре», «Кайо Дуилио», «Андреа Дориа». Кроме них, в Map Гранде стояли тяжелые крейсера «Зара», «Фиуме», «Гориция» и эсминцы «Фольгоре», «Валено», «Лампо», «Альфиери», «Джиоберти», «Кардуччи», «Ориани». В Map Пикколо на буях стояли тяжелые крейсера «Триесте» и «Больцано» и эсминцы «Гранатиере», «Альпино», «Берсальере», «Фусильере». Пришвар­тованные кормой к молу стояли тяжелые крейсера «Пола» и «Тренто». Кроме них там были легкие крейсера «Гари­бальди» и «Абруции» и эсминцы «Фреччиа», «Страле», «Дардо», «Саэтта», «Маэстрале», «Либеччио», «Грекале», «Сирокко», «Камичиа Нера», «Джениере», «Ланчаере», «Карабиниере», «Корацциере», «Аскари», «Да Рекко», «Усодимаре», «Песаньо». Кроме того, в Map Пикколо находились: 5 миноносцев, 16 подводных лодок, 4 тральщика, 1 минный заградитель, 9 танкеров, суда снабже­ния, госпитальные суда, буксиры и торговые суда.

Корабли были расположены так, чтобы обеспечить им наилучшую защиту от ожидаемых атак. Постоянные ви­зиты британских разведывательных самолетов не оста­лись незамеченными. Итальянцы сочли это признаком готовящегося воздушного налета. В результате после на­ступления ночи корабли приводились в состояние бое­вой готовности. У орудий главного калибра дежурили половинные расчеты, зенитчики дежурили в полном со­ставе. В случае объявления тревоги вахтенные должны были временно исполнять обязанности полного экипажа, пока остальные не займут свои места.

Командовал базой адмирал Артуро Риккарди, кото­рый очень серьезно относился к своим обязанностям. Он полностью осознавал угрозу атаки самолетов-торпедонос­цев против кораблей в Map Гранде, однако считал дос­таточной мерой своевременное извещение о приближении самолетов противника. Он считал, что авианосец, который будет выходить на дистанцию атаки, почти на­верняка будет обнаружен самолетами-разведчиками еще до подъема собственных торпедоносцев. Итальянская ар­мия, которая отвечала за состояние зенитных батарей, была не столь уверена в безопасности базы и хотела бы видеть флот базирующимся севернее, например, в Не­аполе. Однако адмирал Кампиони не хотел отказываться от стратегических преимуществ базирования на Таранто. Он все-таки надеялся перерезать британские линии снабжения Мальты.

Первоначальный план атаки Таранто, созданный контр-адмиралом Листером, пришлось значительно изменить из-за наличия аэростатов заграждения и проти­воторпедных сетей. Кроме того, после аварии «Игла» серьезно уменьшились силы авиации, да вдобавок были потеряны еще 3 «Суордфиша»... В своем окончательном виде план выглядел так. «Илластриес» в сопровождении крейсеров и эсминцев выходит в точку «X» — 4 мили от мыса Каббо, Кефалония, по пеленгу 270° — 11 ноября в 20.00. Столь ранее время было выбрано, чтобы свести к минимуму риск атаки вражеских кораблей, который счи­тался более серьезным, чем риск обнаружения самоле­том-разведчиком. Ведь этим, как показали дальнейшие события, бдительные истребители ВСФ просто не по­зволяли приближаться к эскадре. Так как в наличии имелся всего 21 «Суордфиш» вместо предполагаемых 30, были организованы 2 волны — 12 самолетов и 9. В каждой из них 6 самолетов имели торпеды, остальные несли бомбы. Первую волну из 12 «Суордфишей» следовало поднять в точке «X», выбранной с таким расчетом, чтобы самоле­там не пришлось пролететь более 400 миль. Так как аэро­статы и сети ограничивали количество точек сброса тор­пед, бомбардировщики несли осветительные ракеты. Вто­рую волну из 9 самолетов следовало поднять через 1 час после первой, то есть в 21.00. Планировалось принять са­молеты первой волны в 1.00 в 20 милях от мыса Каббо по пеленгу 270°. Луна всходила в 15.43, а в 23.00 в Таранто она стояла по пеленгу 197° при возвышении 52°. Первая волна должна была лететь через центр залива и выходить в атаку на порт с юго-запада. 6 бомбардировщиков должны были осветить цели ракетами, сброшенными вдоль восточного берега бухты, прежде чем отбомбиться по крейсерам и эсминцам в Map Пикколо.

Именно так, в общих чертах, план был доведен до пилотов и наблюдателей на борту «Илластриеса». После этого командиры эскадрилий должны были проработать детали и методы атаки, которые они будут использовать.

Выполнить торпедную атаку среди бела дня в откры­том море уже достаточно трудно, как не раз подтвержда­лось во время войны. А корабли в гавани, хотя и стоят на месте, хорошо защищены. Темнота увеличивала трудности во много раз. Такая атака требовала не только холод­ной головы и железных нервов, но и отличного глазоме­ра, так как приходилось полагаться на зрение, а не на приборы. Прежде всего следовало опознать цель и вы­брать способ подхода. Несмотря на любые планы и инст­руктажи, все приходится решать пилоту и в считанные мгновения. Пикирование до уровня моря может вывести самолет в нужное место на большом расстоянии. Если имеются аэростаты заграждения, следует или переско­чить их, или пролететь между ними, не обращая внима­ния на зенитный огонь. Нельзя полагаться на альтиметр, выбирая момент сброса торпеды, так как он может при­вирать. Только личный опыт может подсказать правиль­ный момент. Самолет следует направить прямо на цель и точно удерживать курс по высоте и направлению до сброса торпеды, иначе она пойдет неверно. Наконец, дистан­ция сброса торпеды не должны быть менее 300 ярдов, иначе взрыватель не успеет встать на боевой взводя, и боеголовка не взорвется, несмотря на прямое попадание. Перед сбросом торпеды и после него во время набора высоты самолет особенно уязвим. Так как современные корабли способны вести сокрушительный зенитный огонь, шансы пережить атаку у торпедоносца невелики. Днем на Мальту был отправлен «Суордфиш», чтобы забрать последние снимки гавани Таранто, сделанные бес­ценными разведчиками «Мэриленд». Ведущие обеих волн, капитан-лейтенанты К.У. Уильямсон и Дж.У. Хэйл, при­нялись их тщательно изучать. Гавань была заснята отлич­ными фотографами с высоты 8000 футов. Можно было легко различить 5 итальянских линкоров и зловещие бе­лые капли аэростатов. Опасения, что вражеские корабли могут выйти в море до атаки, рассеялись к вечеру. Пат­рульный «Сандерленд» сообщил, что все корабли стоят на месте и нет никаких признаков подготовки к выходу. Более того, пришел и шестой линкор. Это было действи­тельно хорошей новостью. Уильямсон решил выходить к гавани на высоте 8000 — 10000 футов. Потом он планировал пологое пике 2 головных торпедоносцев первого зве­на с запада через Дига ди Тарантола. Остальные самолеты должны были заходить с северо-запада. Атакой с 2 направлений он надеялся запутать зенитчиков. Но в лю­бом случае каждый пилот был волен действовать так, как потребует ситуация, особенно если зенитный огонь будет более сильным, чем предполагалось, или будут мешать аэростаты. Хэйл собирался выходить на цель од­ной колонной с северо-запада. Он решил, что так его самолеты получат больше шансов поразить цели, так как с этого направления корпуса линкоров перекрывали друг друга. Невыгоды подхода с этого направления состояли в том, что самолетам пришлось бы пролететь в неприят­ной близости от зенитных батарей по обоим берегам Ка­нала, связывающего внешнюю и внутреннюю гавани. Кроме того, приходилось пересекать линию аэростатов на дрифтерах к северо-западу от линкоров. Однако Хэйл решил, что такой риск приемлем. Линия аэростатов име­ла промежутки в 300 ярдов, а размах крыльев «Суордфиша» составлял всего 48 футов. Поэтому шансы проско­чить между аэростатами равнялись 10 : 1.

Средняя глубина акватории в том месте, где стояли линкоры, была 49 футов. «Суордфиши» были вооружены стандартными 18" торпедами Mark XII с установкой ско­рости 27 узлов и глубины хода 33 фута. Торпеды были оснащены взрывателями «Дуплекс», созданными букваль­но перед самой войной. «Илластриес» привез их из Анг­лии. Они отличались от обычных контактных взрывате­лей тем, что приводились в действие магнитным полем корабля, когда торпеда проходила у него под днищем. Так как днище было более уязвимо, чем хорошо защи­щенные борта, англичане надеялись, что использование таких взрывателей увеличит эффективность атак. Однако взрыватели имели ряд «детских болезней», которые не были устранены до принятия их на вооружение. Напри­мер, они имели склонность к преждевременному сраба­тыванию при волнении. К счастью, при атаке Таранто можно было не бояться сильной волны. Однако остава­лись еще 2 проблемы. Торпеду нельзя было сбрасывать под слишком большим углом, иначе она могла глубоко нырнуть и врезаться в дно раньше, чем выйдет на задан­ную глубину. Это означало, что самолет должен лететь горизонтально или с очень небольшим снижением на высоте 150 футов в момент сброса торпеды. Глубина воды в точке сброса должна быть не менее 6 фатомов (11 мет­ров), а расстояние до цели — более 300 ярдов. Взрыватель снимался с предохранителя только после прохождения этого расстояния. Первую проблему могло разрешить лишь мастерство пилотов. Вторую попытались упростить, про­вернув вертушку взрывателя на несколько оборотов при подвеске торпед к самолетам. Хотя это было рискованно, экипажи торпедоносцев пошли на такой риск.

Бомбовая нагрузка остальных самолетов состояла из 6 — 250-фн полубронебойных бомб. Но самолеты, выде­ленные для освещения целей, несли только по 4 бомбы и 16 ракет.

Размах операции МВ.8 и количество привлеченных британских кораблей, похоже, запутали противника. Как пишет капитан 2 ранга Брагадин, служивший в это вре­мя в Супермарине, было известно, что Александрийская и Гибралтарская эскадры в море. По донесениям, первая состояла из 3 линкоров (на самом деле из 4) и авианосца. Как предполагалось, они покинули базы 7 ноября. В ре­зультате флот в Таранто стоял в готовности поднять пары. Но полеты самолетов-разведчиков на следующее утро (8 ноября) ничего не дали. Лишь во второй половине дня был замечен конвой, идущий на Мальту, который пере­хватить уже не удавалось. Немного позднее к югу от кон­воя были обнаружены прикрывающие его линкоры ад­мирала Каннингхэма, направляющиеся на юг. В море были отправлены еще 9 подводных лодок, вдобавок к уже развернутым. В Мальтийский пролив были выведены тор­педные катера. 25 бомбардировщиков взлетели с сици­лийских аэродромов, но не смогли найти британский флот.

Донесения от 9 ноября указывали, что Гибралтарское соединение пошло на запад. Донесения о действиях Каннингхэма были крайне противоречивы, и командование сделало вывод, что он возвращается в Александрию. Ут­ром 10 ноября совершенно неожиданно пришло сообще­ние с наблюдательных постов на островах Пантеллерия и Линоза, что замечена группа кораблей. Очевидно, она отделилась от Гибралтарской эскадры и ночью могла пройти Сицилийским проливом. Этими кораблями были линкор «Барэм», крейсера «Бервик» и «Глазго» и 3 эс­минца, которые в 10.15 в этот день встретились с эскад­рой Каннингхэма. Во второй половине дня пришло доне­сение, что неизвестное число неопознанных кораблей идет на восток с Мальты. Это был конвой в составе 4 торговых судов под прикрытием линкора «Рэмиллис», крейсера ПВО «Ковентри» и 2 эсминцев, который в 13.30 вышел с Мальты в Александрию. Для атаки конвоя была отправлена группа бомбардировщиков, которая тоже не нашла цели. Немного жалобно Брагадин замечает: «Если бы англичане после войны не объяснили, что происхо­дило в те дни, итальянцы так и не узнали бы, что озна­чают эти передвижения».