ГЛАВА 4 ,

МОРСКАЯ МОЩЬ ПРОТИВ ВОЗДУШНОЙ МОЩИ

 

Среда 21 мая

 

Как только Каннингхэм узнал, что началась высадка парашютистов на Крите, он приказал всем соединени­ям, находящимся в море, подойти ближе к острову, но держаться вне пределов видимости берега в дневное вре­мя. Основные районы патрулирования оставались прежни­ми, однако следует отметить, что состав эскадр значи­тельно переменился, особенно по эсминцам, которые следовало отправлять на дозаправку. Над этими требова­ниями стратегических и тактических передвижений по­стоянно висела необходимость учитывать расход топлива и боеприпасов. Эти факторы могли стать решающими в ходе битвы с авиацией.

Ночью Соединение В, состоящее из крейсеров «Глос­тер», «Фиджи» и 2 эсминцев, получило приказ пройти мыс Матапан в 4.00 в среду, после этого в 7.00 встре­титься с Соединением А 1 в 50 милях западнее Крита. Самолет-разведчик сообщил о многочисленных каиках в Эгейском море, что заставило Каннингхэма изменить инструкции Соединениям С и D. Теперь они получили приказ патрулировать на северных подходах к Криту. Соединение С Кинга должно было находиться восточнее меридиана 25° О, а Соединение D Гленни западнее это­го меридиана.

На подходах к проливу Касо во вторник 20 мая в 20.40, вскоре после захода солнца, Соединение С было атако­вано торпедоносцем. Торпеды прошли мимо. Через час в темноте были встречены 6 вражеских торпедных кате­ров. Крейсер «Найад» и эсминцы «Джюно» и «Канда­гар» обстреляли их. Катера отошли, при этом 4 были повреждены.

Генерал Штудент определял положение на берегу к концу первого дня вторжения как критическое. Он встре­тил неожиданно упорное сопротивление и сумел решить лишь часть задач, поставленных перед ним. Позднее он писал:

 

«Если бы противник этой ночью совершил контрата­ку всеми имеющимися силами... или сделал бы то же самое утром 22 мая, тогда измотанные остатки штурмо­вых полков, страдавшие от недостатка боеприпасов, были бы уничтожены».

 

Положение было неудовлетворительным и с точки зрения Фрейберга, хотя точной картины он получить не мог. Около 2000 солдат были сброшены на Малеме, и потери атакующих оказались тяжелыми. Аэродром не был захвачен, хотя его западная граница оказалась в руках немцев. Из 6000 солдат, сброшенных в Кании, Ретимо и Гераклионе, примерно половина была уничтожена или захвачена в плен. Фрейберга все еще беспокоила возмож­ность высадки с моря. Он не желал перемещать войска или ослаблять некоторые стратегически важные пункты. Однако в эту ночь на море не удалось заметить никого и ничего.

В соответствии с ранее полученным приказом, Соеди­нение Е, состоящее из эсминцев «Джервис», «Низам», «Айлекс» под командой капитана 1 ранга Ф.Дж. Мака, ночью подошло к итальянскому острову Скарпанто, ле­жащему в 50 милях от Крита, и 21 мая в 2.45 обстреляло аэродром. Темнота помешала узнать результаты, но по­зднее стало известно, что были повреждены 2 самолета Do-17. После обстрела Соединение Е проследовало в бухту Пегадиа на восточном побережье острова в 6 милях се­вернее аэродрома. Противника там не оказалось, и эс­минцы отошли на юг. Чуть позднее их отозвали в Алек­сандрию.

После ночного поиска в Эгейском море, который не дал ничего, кроме стычки с торпедными катерами, Со­единение С Кинга отошло на юг через пролив Касо. Еще до рассвета к нему присоединился крейсер ПВО «Каль­кутта», а во второй половине дня — «Карлайл». Оба крей­сера только что вышли из Александрии. В течение дня соединение Кинга отбило несколько воздушных атак, когда находилось южнее пролива Касо. В течение 4 часов — с 9.50 до 13.50 — атаки итальянских бомбардировщиков и германских пикировщиков следовали непрерывно. Анг­личане не имели ни одного истребителя прикрытия, что заставило немцев просто обнаглеть. Однако зенитные орудия крейсеров «Найад», «Перт», «Калькутта», «Кар­лайл» и эсминцев «Кандагар», «Кингстон», «Нубиэн», «Джюно» нанесли врагу определенные потери. По край­ней мере 1 самолет был сбит, а 2 — повреждены. Но в 12.49 «Джюно» получил попадание бомбы во время ата­ки итальянских горизонтальных бомбардировщиков. Бомба взорвалась в артпогребе, и эсминец затонул в течение 2 минут. 6 офицеров и 91 матрос были подобраны другими эсминцами. Однако потери в личном составе оказались тяжелыми. Погиб первый помощник Уолтер Старки, с которым автор вместе служил перед войной в Портсмуте. Он пользовался высокой репутацией и сменил должность флаг-офицера главнокомандующего базой на службу на эсминцах. Его вдова была племянницей адмирала Кан­нингхэма. Петти-офицер Эдвин Ламли получил тяжелые ожоги и был сброшен взрывом за борт, но проплыл 40 ярдов в толстом слое нефти, чтобы спасти тонущего то­варища.

Для других соединений эта среда 21 мая оказалась от­носительно спокойным днем. Вражеская авиация удели­ла им меньше внимания, чем Соединению С Кинга. По­этому командиры использовали каждую передышку, что­бы дозаправить эсминцы с линкоров. На рассвете Соеди­нение D Гленни находилось к северу от бухты Кания. Никого не обнаружив в ходе ночного поиска, оно отхо­дило к проливу Антикитера, чтобы оказаться поближе к Соединению А 1 Роулингса, которое крейсировало в 60 милях на запад от пролива. В это же время с ним сближа­лось и Соединение В, ночной поиск которого между мысом Матапан и мысом Элафонизи тоже оказался без­результатным.

Было ясно, что главной задачей противника на этот день станет улучшение позиций в Малеме и Кании. Немцы были полны решимости очистить аэродромы, сбрасывая парашютистов буквально каждые 5 минут, несмотря на противодействие. Бомбежки и обстрелы с воздуха пози­ций англичан продолжались непрерывно.

Состав эскадр, находившихся днем юго-западнее Китеры, можно увидеть из следующего списка:

 

Соединение А 1 (адмирал Роулингс): линкоры «Уор­спайт», «Вэлиант», эсминцы «Нэпир», «Дикой», «Хироу», «Хотспур»

Соединение В (капитан 1 ранга Роули): крейсера «Гло­стер», «Фиджи», эсминцы «Гриффин», «Грейхаунд»

Соединение D (адмирал Гленни): крейсера «Дидо», «Орион», «Аякс», эсминцы «Янус», «Кимберли», «Хэс­ти», «Хируорд»

 

Такая концентрация сил позволяла ставить плотную огневую завесу, которая эффективно снижала мощь атак пикировщиков и наносила потери. По крайней мере 2 самолета были сбиты. «Аякс» был поврежден близким разрывом, который снизил его скорость. Однако к вече­ру повреждения были исправлены. Все казалось отлично, пока имелись боеприпасы. Однако расход зенитных сна­рядов в течение дня оказался ужасным, поэтому уязви­мость эскадры, состоявшей из 2 линкоров, 9 крейсеров и 13 эсминцев, увеличивалась с каждым часом. Быстро­ходный минный заградитель «Эбдиел» в этот день вер­нулся в Александрию, поставив мины в районе Кефало­нии, недалеко от места поиска Соединения В.

Во второй половине дня 21 мая «Мэриленд» из 39-й эскадрильи КВВС сообщил о нескольких группах мелких судов, направляющихся па юг к Криту с острова Милос. Они находились в 80 милях севернее Ретимо. Наконец-то показался вражеский морской десант. Соединение D Глен­ни должно было отправиться туда на закате, а Соедине­ние В оставалось охранять пролив Антикитера на случай появления итальянских кораблей с запада. Соединение А 1 Роулингса находилось юго-западнее в готовности ока­зать поддержку, если это потребуется. Но на самом деле оно следом за Соединением D вошло в пролив Антики­тера, чтобы помочь ему отбивать воздушные атаки. Толь­ко в темноте Роулингс повернул на запад, чтобы начать патрулирование в районе ожидания. Когда эти соедине­ния шли вместе, Соединение D подверглось атаке 4 бом­бардировщиков Ju-88, из которых 3 были сбиты. Гленни написал в своем рапорте:

 

«Приятное начало ночных операций».

 

Тем временем Соединение С Кинга снова вошло в пролив Касо, чтобы в течение ночи патрулировать в восточном секторе. Также вечером в среду 5-я флоти­лия эсминцев — «Келли», «Кашмир», «Киплинг», «Кельвин», «Джакел» под командой капитана 1 ранга лорда Луиса Маунтбеттена — вышла с Мальты, чтобы соединиться с поредевшей эскадрой Роулингса на сле­дующее утро.

 

 

С помощью радара Соединение D перехватило в 23.30 упомянутый войсковой конвой, находившийся в 18 ми­лях севернее Кании. Конвой состоял из 40 — 50 каиков и маленьких греческих каботажных пароходов, груженных германскими войсками. На кораблях находилось около 1000 человек (сначала предполагали, что 4000), тяжелая техника и вооружение — автомобили, танки, орудия. Все это предполагалось выгрузить в бухте Суда. Конвой воз­главлял итальянский миноносец «Лупо» (капитан 2 ранга Франческо Мимбелли). Эта отчаянная попытка доста­вить войска морем была предпринята после того, как германские воздушные десанты в первый же день по­несли тяжелые потери. Конвой был захвачен врасплох. Отважный маленький «Лупо» поставил дымзавесу и по­шел в атаку, стреляя из всех орудий и торпедных аппа­ратов. В темноте завязалась невообразимая свалка, бри­танские эсминцы перемешались с каиками, топя их ар­тиллерией и даже тараня. Схватка продолжалась более 2 часов. Больше половины судов конвоя были уничтоже­ны, тысячи солдат погибли или утонули. Итальянский историк Брагадин пишет:

 

«Под градом снарядов капитан 2 ранга Мимбелли про­резал строй противника между крейсерами «Аякс» и «Орион». Он проскочил буквально в нескольких метрах за кормой «Аякса», обстреливая его из всех орудий и пулеметов. Судьба маленького корабля в этом бою была, разумеется, предрешена. «Лупо» получил множество по­паданий, но Мимбелли, используя общее замешатель­ство, сумел улизнуть. Вражеские корабли уничтожили беспомощный конвой, из которого уцелели всего 3 су­денышка (все итальянские). Однако в суматохе англича­не временами обстреливали друг друга, нанеся серьез­ные повреждения. Маневры «Лупо» были такими быстрыми и решительными, что англичане решили, что сражались с несколькими кораблями. «Лупо» провел вели­колепный бой, особенно, если учесть, что миноносец получил не менее 18 попаданий 152-мм снарядами. Хотя - потери экипажа были очень тяжелыми, корабль не был потоплен, несмотря на заявление «Аякса», что его ар­тиллерия «разнесла в щепки» итальянский корабль».

 

22 мая в 3.30 Гленни собрал свое рассеявшееся соеди­нение, так как на кораблях начали ощущать нехватку боеприпасов. На его флагмане «Дидо» осталось только 30%, на «Орионе» и «Аяксе» — 38% и 42% соответствен­но. Гленни считал, что дневной поиск в северном на­правлении будет неоправданным. Вместо этого он повер­нул на запад и пошел навстречу Соединению А 1 Роу­лингса. Однако уже к 9.30 боезапас сократился на «Дидо» до 25%, на «Аяксе» — до 40%, на «Орионе» — до 35%. А впереди был целый день мощных воздушных атак. Кан­нингхэм приказал соединению Гленни спешно возвра­щаться в Александрию. Главнокомандующий согласился с мнением Гленни, что «Дидо» не следует участвовать в рейде на север, однако полагал, что «Орион» и «Аякс» должны остаться, чтобы помочь остальным кораблям, так как на них пока еще имелось достаточно боеприпа­сов. В свете происшедшего в четверг в Эгейском море, присутствие этих 2 крейсеров могло оказать огромную помощь. Однако Гленни не смог предвидеть этого и по­вел в Александрию ВСЮ эскадру.

В ночь с 21 на 22 мая и утром войска Фрейберга про­водили контратаки, чтобы отбить аэродром Малеме. Фрей­берг также намеревался захватить господствующие высо­ты. 5-я новозеландская бригада, совершив ночной марш, должна была перед рассветом нанести мощный удар. Од­нако, к несчастью, было принято решение, что марш начнется только после того, как позиции бригады зай­мет один из австралийских батальонов, что вызвало се­рьезную задержку. Положение еще больше ухудшил ряд мелких неурядиц. В результате тщательно спланирован­ная контратака оказалась обреченной на провал. Часть сил была задержана, чтобы отразить высадку мифического морского десанта, и несмотря на яростную штыковую атаку, завершившуюся рукопашной, новозеландцы были отброшены. Почти вся потерянная территория к рассвету была отбита, но аэродром остался в руках немцев. На рассвете туда начали садиться Ju-52 со скоростью 1 са­молет в минуту. На каждом самолете прибывали по 40 солдат в полной амуниции.

Тем временем Каннингхэм приказал Соединению В прекратить патрулирование у мыса Матапан и проследо­вать в Эгейское море к Гераклиону, так как пришло сооб­щение, что неприятель захватил этот порт. Противник не был обнаружен, однако эскадра капитана 1 ранга Роули с рассветало 8.30 подвергалась постоянным воздушным ата­кам, прежде чем он соединился с Роулингсом к западу от Китеры. Оба крейсера получили легкие повреждения. Од­нако в целом, если не считать невероятно удачного попа­дания в «Джюно», флот остался невредим, несмотря на полное господство противника в воздухе. Однако усталость накапливалась, рос расход боеприпасов, причем с такой скоростью, которую нельзя было выдержать.