СПУСК ЗАГРАДИТЕЛЯ, ДОСТРОЙКА И ИСПЫТАНИЯ

После расторжения контракта с Обществом николаевских заводов и верфей от 19 сентября 1908 г. и получения нового предложения Общества о достройке заградителя Морское министерство, очевидно, решило выяснить целесообразность дальнейшей постройки подводного заградителя. Решающим в этом вопросе было мнение Морского генерального штаба. После запроса, сделанного Главным управлением кораблестроения (МТК к этому времени был ликвидирован), поступило письмо за подписью помощника начальника МГШ капитана 1-го ранга А. П. Угрюмова от 25 июня 1912 г., в котором говорилось:

«Хотя завод не выполнил взятые на себя обязанности, все же было бы весьма желательно продолжить постройку этого опытного судна даже и в том случае, если бы оказалось, что на строящемся заградителе и не удается вполне выполнить все указанные в контракте условия, что всегда возможно в каждом новом деле. От постройки же такого заградителя МГШ полагает возможным отказаться только в том случае, если в настоящее время выяснилась невозможность по современному состоянию техники постановки с него мин заграждения в подводном положении» 80.

Поскольку никаких возражений против этого логичного довода Морского генерального штаба в защиту достройки подводного минного заградителя не было, Морское министерство решило принять предложение Общества николаевских заводов и верфей о дальнейшей постройке заградителя, тем более что последнее соглашалось исключить из нового контракта статью 10-ю прежнего контракта. Теперь нужно было еще решить вопрос о финансовых расчетах Общества с министерством.

Как известно, Общество предложило продолжить постройку заградителя, но при условии, что с него не будут удержаны штраф и неустойка, если заградитель не будет сдан в контрактный срок. Кроме того, в связи с тем что контракт 1908 г. был расторгнут, Общество было обязано возвратить платежи с начислением на них 6 % годовых, а также таможенные пошлины на поставки оборудования для заградителя из заграницы, которые оно, пока действовал контракт, не платило.

Морское министерство предложило зачесть в первый платеж по новому контракту все эти суммы, увеличив соответственно стоимость заградителя. Однако это предложение Морского министерства встретило возражения со стороны представителей Министерства финансов, считавших, что для осуществления его требуется решение Совета Министров. Поэтому морской министр 3 июля обратился с ходатайством по этому вопросу в Совет министров 81. Последний 25 июля известил морского министра, что с его стороны возражений нет, но для окончательного решения требуется "высочайшее разрешение", которое и было получено морским министром 30 июля.

Одиннадцатого августа 1912 г. Обществом николаевских заводов и верфей взамен контракта от 19 сентября 1908 г. был заключен новый контракт "на постройку одного подводного минного заградителя водоизмещением около 500 тонн при надводном плавании" со сроком окончания постройки к 1 июля 1913 г. В отличие от прежнего контракта, мины с якорями должно было поставить Морское министерство, а не завод.

"Краб" перед спуском на воду

Характерной особенностью нового контракта являлось узаконение постоянного контроля работ по постройке заградителя со стороны Морского министерства. Так, во 2-й статье контракта говорилось:

«Работы по постройке корпуса и механизмов заградителя должны быть произведены контрагентом во всем согласно с последними требованиями техники по постройке подводных судов и правилами Морского министерства, причем работы эти будут находиться под наблюдением Особой комиссии 82, в состав коей будут назначены офицеры разных специальностей для наблюдения за постройкой... В дальнейшем комиссия будет называться наблюдающей комиссией» 83 .

Стоимость заградителя по новому контракту — 1720 тыс. руб. против прежней стоимости в 1375 тыс. руб. (из них 25 тыс. руб. за разработку мин) 84.

В спецификации, утвержденной 10 сентября 1912 г. начальником кораблестроительного отдела Главного управления кораблестроения (ГУК), сохранены в основном главные элементы подводного заградителя по спецификации 1908 г. (конечно, с учетом корректировки 1909 г.), но осадка уменьшена до 3,94 м.

Сокращен запас керосина с 50 до 38,5 т, за счет чего увеличен вес аккумуляторной батареи до 91 т 85. Даны оба водоизмещения (чего раньше не было): в надводном положении — 512 т и в подводном — 722,1 т. Более четко описана и балластная система. Если в спецификации 1908 г. говорилось о "главной балластной цистерне" (в которую фактически входили две цистерны), то теперь уже речь шла о средней цистерне и цистерне высокого давления. Кроме того, указывалось, что "погружение под воду достигается наполнением следующих цистерн: 1) носовой, 2) средней, 3) кормовой, 4) цистерн высокого давления и 5) надстройки"  86. Правда, к сожалению, объем надстройки нигде не был указан.

Спуск на воду подводного заградителя "Краб" 12 августа 1912 г.

О цистернах высокого давления говорилось, что они выполняют функции "отрывного киля", т. е. их назначение то же, что у средней или отрывной цистерны на подводных лодках типа "Барс". Детальнее, чем прежде, описано устройство для постановки мин, но по-прежнему указывалось, что мины подаются "ведущими цепями" (по старой спецификации -"цепью или тросом"), в то время как в окончательном варианте мины подавались с помощью бесконечного винта. Но это еще впереди.

Девятого августа 1912 г. приказом по Морскому ведомству №. 226 было объявлено, что "по высочайшему повелению" «строящуюся в Николаеве на стапеле Общества николаевских заводов и верфей подводную лодку в 500 тонн водоизмещением зачислить в списки судов флота в класс подводных лодок и присвоить ей наименование "Краб"». Заметим, что еще 11 сентября 1911 г. корабельный инженер Николаевского порта ходатайствовал о "присвоении заградителю имени", но тогда "Морской министр приказал... этому заградителю названия не давать и в списки судов не зачислять" 87 . Причина такого решения, видимо-неопределенное в то время положение с дальнейшей постройкой заградителя, а также стремление сохранить его постройку в тайне.

Двенадцатого августа состоялся наконец спуск на воду подводного заградителя "Краб". Это событие не прошло незамеченным. В местной газете еще до спуска "Краба" короткая заметка сообщала:

«В конце текущего месяца на заводе "Общества суд. заводов и верфей" предстоит маленькое торжество. В присутствии г. градоначальника к-адм. А. И. Мязговского состоится спуск сооружавшейся в течение ряда лет подводной лодки системы инженера Налетова. Торжество предполагается обставить весьма скромно. Кроме лиц высшего командного состава г. Николаева, на торжестве никого не будет. На подводной лодке идут заключительные работы по установке механизмов и окраске корпуса».

Сообщение "Николаевской газеты". Август 1912 г.

Появление этой заметки в местной печати свидетельствует о неполном соблюдении контракта, заключенного Обществом николаевских заводов и верфей, в статье 1-й которого говорилось, что "...разработку и выделку мин и аппаратов, также как и подводной лодки, Общество должно вести с сохранением возможной тайны постройки..." И хотя корреспондент "Николаевской газеты" писал, что предстоит спуск не подводного минного заградителя, а "подводной лодки системы инженера Налетова", да еще в присутствии ограниченного числа лиц (без посторонних), это привлекало внимание к постройке "Краба" и не способствовало "возможной тайне постройки".

Много лет спустя после спуска "Краба" на воду М. П. Налетов с горечью писал:

«По независящим от меня обстоятельствам я был принужден оставить постройку этого нового типа боевого корабля (т. е. подводного минного заградителя — Н. З.) ранее его окончания, вскоре после его спуска, и он был достроен техническими силами... завода под наблюдением "Особой комиссии Морского министерства", в состав которой были назначены офицеры разных специальностей»  88.

Какие силы лишили Михаила Петровича его любимого дела, мы уже знаем. Стремление Морского министерства избавиться от невыгодной для него статьи 10-й контракта 1908 г. "удачно" совпало с многолетним стремлением капитана 2-го ранга Н. Н. Шрейбера "доказать", что Налетов не является автором мин и самого заградителя. Что касается Общества николаевских заводов и верфей, то оно согласилось исключить эту статью из нового контракта, получив взамен денежные льготы, а также переложив на Морское министерство снабжение заградителя минами. Кроме того, Общество согласилось поставить всю постройку заградителя под постоянный контроль представителей министерства в лице специальной комиссии.

Теперь для того, чтобы совершенно отстранить от постройки заградителя М. П. Налетова, к которому николаевский завод потерял интерес, Обществу оставалось сделать лишь последний шаг. И этот шаг был сделан. В начале сентября 1912 г. председатель правления Общества вице-адмирал в отставке И. Ф. Бострем обратился в ГУК с просьбой сообщить ему: "имеется ли основание считать за г. Налетовым первенство в предложении мин заграждения и якорей для подводных лодок..., как обусловлено было в первом контракте" 89.

Как и следовало ожидать, ГУК на этот вопрос ответило отрицательно. Теперь «доказательство» того, что мины М. П. Налетова не являются минами... Налетова было в руках Общества, и оно могло совершенно отстранить от постройки его детища.

Период после спуска "Краба" на воду и до начала июня 1913 г. был занят достройкой заградителя. В конце августа 1912 г. Морское министерство заказало заводу "Г. А. Лесснер" в Петербурге 68 мин для заградителя со сроком готовности 1 мая 1913 г.

"Краб" на заводе "Руссуд". Николаев. 1913 г.

"Краб" перед уходом из Николаева в Севастополь. Июль 1913 г.

В течение августа — сентября была испытана аккумуляторная батарея. Ее емкость оказалась ниже проектной: вместо 4000 только 3600 А-ч. В первых числах июня 1913 г. в Николаеве начались заводские испытания "Краба", а 22 июня состоялось его первое пробное погружение. Приказом командующего Черноморским флотом от 4 июля была назначена комиссия под председательством контр-адмирала А. Г. Покровского для приемки заградителя. Семнадцатого июля ответственным сдатчиком от завода был назначен инженер-механик лейтенант В. С. Лукьянов. Четырнадцатого июля подводный заградитель "Краб" вышел на буксире из Николаева в Севастополь, а 24 июля он был предъявлен к официальной сдаче.

И. И. Крутиков

В личный состав "Краба" до 1913 г. входили лишь два офицера: старший лейтенант (с 1913 г.— капитан 2-го ранга) А. А. Андреев и инженер-механик И. И. Крутиков.

Алексей Алексеевич Андреев 5 марта 1910 г. был командирован на николаевский завод и в том же месяце назначен "наблюдающим за специальной постройкой", т. е. постройкой "Краба". Ранее он командовал подводной лодкой "Карп" -одной из трех лодок, строившихся на заводе Круппа "Германия верфт" в Киле, где и принимал эту подводную лодку. В январе 1912 г. Андреева отчислили от должности командира "Карпа", но вскоре назначили старшим офицером транспорта "Кронштадт". Лишь 7 ноября 1912 г. его освободили от всех этих должностей и назначили командиром "Краба". Опытный подводник (командовал лодками с 1905 г.), окончивший Минный офицерский класс, он принял активное участие в постройке заградителя. Корабельный инженер В. П. Лебедев писал о нем: «По своем приезде он навез массу чертежей и начал даже принимать непосредственное участие в разработке чертежей и в производстве различных усовершенствований по выработке мин, для чего даже выписал двух нижних чинов.» 90

В сентябре—ноябре 1910 г. А. А. Андреев ездил в Париж на завод "Эклераж-Электрик", где изготовлялись для заградителя аккумуляторы, а в 1911 г.— в Петербург на завод "Г. А. Лесснер", выполнявший заказ на торпедные аппараты для "Краба". Таким образом, период его службы в качестве наблюдающего и командира подводного заградителя «Краб» неоднократно прерывался назначением на различные должности и командировками.

Второй офицер — инженер-механик штабс-капитан (с 1912 г.— капитан) Илья Иванович Крутиков был назначен помощником командира "Краба" и осуществлял наблюдение и приемку керосиномоторов на заводе "Бр. Кертинг" в Ганновере (Германия). До назначения на «Краб» Крутиков в 1907—1909 гг. вначале служил помощником командира подводной лодки "Карп" и принимал на заводе "Бр. Кертинг" керосиномоторы для этой лодки. После изготовления керосиномоторов в Германии и доставки их в Николаев 12 апреля 1912 г. И. И. Крутикова назначили наблюдающим по механической части в комиссии для наблюдения за постройкой кораблей в Черном море.

Небезынтересно отметить, что и командир "Краба" и его помощник служили ранее на подводной лодке "Карп". Еще одним моряком, служившим на этой же лодке, а затем принимавшим участие в постройке подводного заградителя "Краб", был машинный унтер-офицер Н. М. Беков.

Николай Михайлович Беков в 1902 г. был призван в Балтийский флот и окончил Машинную школу в Кронштадте. Позже его назначили в Учебный отряд подводного плавания в Либаве (Лиепая), где и начинается многолетняя служба Бекова на подводных лодках. В 1907 г. Н. М. Бекова назначают на подводную лодку "Карп", строившуюся в Германии. В Ганновере на заводе "Бр. Кертинг" он работает, по выражению И. И. Крутикова, "в помощь наблюдающему за постройкой" керосиномоторов для "Карпа", причем, по свидетельству того же инженер-механика, обнаружил "прекрасные познания в моторном деле" 91. Будучи уже сверхсрочнослужащим, Николай Михайлович в апреле 1910 г. сделал попытку демобилизоваться и перейти работать на завод, но на свой рапорт об увольнении получил решительный отказ командира "Карпа" и начальника Дивизиона подводных лодок. Лишь 28 июня 1912 г. Бекову удалось уволиться в запас. За два дня до этого он получил от инженер-механика В. Д. Брода аттестат, в котором отмечалось, что Беков "основательно знает паровые машины и двигатели внутреннего горения, а также знаком с батареями электрических аккумуляторов, употребляемых в современных подводных лодках" 92. Уже 5 июля Николай Михайлович поступил на николаевский завод в качестве бригадира механического отдела. Там он сразу же включился в работу по постройке заградителя "Краб". Но вот в 1913 г. постройка заградителя закончилась, и он стал готовиться к переходу в Севастополь для проведения испытаний.

Н. М. Беков

Перед этим, 22 июня, Беков получил личное письмо директора завода, в котором было написано:

«Вы приглашаетесь на службу Общества... на все время сдачи и сопряженных с нею надводных и подводных ходов, работ и испытаний минного заградителя "Краб".» 93

Из-за закрытия завода в 1918 г. Н. М. Беков уволился, участвовал в гражданской войне и после двухлетнего перерыва возвратился на вновь действующий завод. Там он работал по строительству кораблей для Черноморского флота, за что в 1923 г. был награжден орденом Трудового Красного Знамени и в 1930 г. назначен начальником специального судосборочного цеха завода.

В связи с предполагавшимся в 1913 г. вступлением в строй подводного заградителя "Краб" Главный морской штаб предусмотрел для него следующую комплектацию: четыре офицера, четыре кондуктора и 45 матросов. Однако к июлю 1913 г. комплект команды был далеко не полным — всего 16 человек: рулевые, мотористы, минеры и электрик (не считая офицеров). Некоторые из них прослужили на "Крабе" начиная с его постройки вплоть до боевых походов 1915—1916 гг., за что и были неоднократно награждены орденами и медалями (среди них машинный унтер-офицер В. Мищенков, минно-машинный унтер-офицер С. Суханцев, электрик унтер-офицер Г. Прудников) .

Б. А. Быков

Что касается офицерского состава заградителя, то положение с ним к этому времени не только не улучшилось, но и ухудшилось. Так, в июне в связи с серьезной болезнью был уволен в отпуск на два с половиной месяца командир лодки капитан 2-го ранга (с 14 апреля 1913 г.) А. А. Андреев. Однако лечение не помогло, и Алексей Алексеевич — первый командир "Краба" — в конце 1913 г. скончался.

В это время в Черноморском флоте имелось всего четыре офицера подводника, командовавших четырьмя подводными лодками. По приказанию морского министра для временного исполнения должности командира подводного заградителя "Краб" из Балтийского флота был командирован окончивший Морскую академию капитан 2-го ранга Борис Александрович Быков. До своего назначения на "Краб" с 1905 г. он командовал подводными лодками вначале на Дальнем Востоке, а затем на Балтийском море.

Двадцать четвертого июля 1913 г. представитель николаевского завода заявил председателю приемной комиссии о готовности подводного заградителя "Краб" к испытаниям на шестичасовой полный ход. На следующий день в 9 ч 45 мин заградитель вышел в море для проведения этих испытаний. Однако из-за неготовности механизмов лодки испытания по просьбе того же представителя завода были перенесены на следующий день. Утром 26 июля комиссия (подкомиссия по механической части) ознакомилась с устройством главных механизмов лодки, а в 8 ч 35 мин "Краб" вышел в море и взял курс на Лукульскую мерную милю. Состояние моря — 1 балл. Комиссия решила сделать на мерной миле два пробега. При первом пробеге скорость заградителя была 10,96 уз, а при втором — 10,92 уз. В результате этих пробегов была получена средняя скорость заградителя в 10,94 уз, что на 4,06 уз меньше скорости, предусмотренной контрактом. Комиссия условно приняла, что керосиномоторы развили полную мощность, руководствуясь актом приемки моторов на заводе. Фактическая же мощность моторов "Краба" на испытаниях определена не была "за неимением надлежащих приспособлений".

Во время испытаний заградителя были обнаружены недостатки, не связанные с работой керосиномоторов. Так, электрическое управление вертикальным рулем включалось самопроизвольно шесть раз, вследствие чего заградитель описывал нежелательные циркуляции. Клапаны надстройки, будучи в надводном положении лодки закрытыми, пропускали воду, что грозило потерей грузовой ватерлинии 94.

Следует заметить, что эти испытания должны были производиться при полной нагрузке заградителя. Так как завод-изготовитель к началу испытаний мины не доставил, пришлось дополнительно принимать водяной балласт.

После ленского расстрела по всей России прокатилась волна забастовок, подымавшаяся все выше и достигшая апогея к началу первой мировой войны. Рабочие Петербурга, естественно, шли в первых рядах бастующих рабочих России. Вот почему начальник минного отдела генерал-майор А. А. Реммерт в своей телеграмме, объясняя задержку в поставке мин продолжающейся забастовкой рабочих, сообщил, что мины будут изготовлены лишь через 2 мес после начала работ на бастующих заводах Петербурга 95.

Тридцать первого июля комиссия под председательством контр-адмирала А. Г. Покровского отметила, что наличие мин в полном комплекте необходимо для определения мореходных качеств лодки и для производства многих испытаний, при которых требуется полная нагрузка заградителя. Заменить же мины балластом практически невозможно, так как комиссия не располагает точными данными о весе этих мин. Поэтому она постановила:

«До получения мин производить испытания только в тех частях, где распределение грузов не имеет никакого значения для определения качеств лодки и ее механизмов» 96.

На этом же заседании комиссия отказалась испытывать компрессоры, так как завод не представил формуляры и акты их приемных испытаний на заводе.

Пятого августа подкомиссия по кораблестроительной части производила испытания остойчивости заградителя, для чего лодку ввели в сухой док и поставили там на швартовы. При этом испытании заградитель не имел полной нагрузки: не хватало мин, команды, предметов снабжения и пр. В результате произведенных расчетов оказалось, что поперечная метацентрическая высота "Краба" равна 190,5 мм, в то время как согласно спецификации она должна быть не менее 225 мм. На основании полученных результатов подкомиссия постановила: во-первых, "настоящее испытание остойчивости признать неокончательным, так как лодка не имела полного служебного груза", и, во-вторых, "остойчивость лодки признать ненадежной и выходы ее в море на продолжительное время, а также подводные погружения и подводные хода недопустимыми». Далее в протоколе испытаний было записано:

«Подкомиссия находит необходимым, чтобы завод теперь же принял меры к увеличению остойчивости лодки, доведя таковую до величины не менее... в 225 мм поперечной метацентрической высоты при полной служебной нагрузке, без чего многие из настоящих испытаний комиссией допущены быть не могут.» 97

Ограниченные приемные испытания "Краба" проводились еще до 27 ноября, главным образом испытывались компрессоры и вентиляция. Двадцать седьмого ноября состоялось заседание комиссии в присутствии вновь назначенного заводом «заведующего технической частью сдачи подводной лодки "Краб"» инженера Б. П. Лебеданского. На этом заседании было принято решение:

«Приемные испытания ввиду неисполнения статьи контракта, трактующей об остойчивости, прекратить и передать "Краб" ... заводоуправлению для производства заводских испытаний.» 98

Это решение соответствовало указанию начальника ГУК вице-адмирала П. П. Муравьева от 6 ноября о том, что "ГУК считает необходимым, чтобы все заводские испытания были доведены до конца" 99. Последнее же основывалось на письме начальника МГШ, о котором будет идти речь позже.

Десятого сентября Общество николаевских заводов в письме в ГУК предложило для увеличения остойчивости поставить на заградитель свинцовый киль весом 28 т, компенсировав вес киля вставкой в корпус двух колец: одного на протяжении шести шпаций (длиной 2,4 м) в носу и другого — пяти шпаций (длиной 2 м) в корме. Однако вскоре Общество отказалось от своего предложения. Причины этого видны из докладной записки начальника Технической конторы по судостроению корабельного инженера В. П. Костенко от 5 октября:

«Принимая во внимание те значительные затруднения, с которыми придется встретиться при вставке двух новых колец, малую вероятность хорошего исполнения этой работы, а также значительную ее стоимость, приходится отказаться от улучшения остойчивости посредством разреза лодки и вставки двух новых колец.» 100

Таким образом, завод отказался от своего первоначального предложения, не желая тратить на реконструкцию заградителя с целью повышения его остойчивости "лишних усилий" и денег. Поэтому он выдвинул новый вариант улучшения остойчивости, не предусматривавший более или менее значительную реконструкцию корпуса заградителя. По этому варианту вес киля компенсировался за счет удаления с лодки 1/4 керосиномоторов и керосина, в результате чего уменьшались ее скорость и дальность плавания.

Главное управление кораблестроения, как и в прошлом году, решило запросить мнение МГШ о целесообразности дальнейшей постройки заградителя и проведения его испытаний в связи с выявившимся дефектом в остойчивости. Так, 1 ноября начальник ГУК в письме на имя начальника МГШ писал:

«Прошу не отказать... уведомить меня, признает ли МГШ целесообразным предложить заводу произвести все требующиеся по контракту испытания или теперь же в силу контракта отказаться от приема его.» 101

Начальник МГШ вице-адмирал А. А. Ливен в своем ответе от 4 ноября повторил, по существу, все то, что писалось в письме МГШ по этому же поводу 25 июня прошлого года:

«От дальнейших испытаний и соответствующих изменений в его проекте МГШ считает возможным отказаться только в том случае, если бы выяснилась полная невозможность по современному состоянию техники постановки с него мин заграждения в подводном положении.»  102

Теперь вопрос о дальнейшей постройке "Краба", а также о его перестройке для увеличения остойчивости был решен. Оставалось только остановиться на одном из вариантов улучшения остойчивости.

К началу декабря Общество николаевских заводов и верфей предложило ГУК новый вариант увеличения остойчивости заградителя: компенсировать вес устанавливаемого свинцового киля устройством бортовых "вытеснителей" (булей). Это предложение рассматривалось 11 декабря на совещании в части подводного плавания ГУК под председательством генерал-майора Е. П. Елисеева с участием корабельных инженеров Л. X. Казина, Б. М. Журавлева и А. Н. Щеглова. Участники совещания высказались против этого нового предложения Общества, мотивируя тем, что вытеснители располагаются в надводном положении под грузовой ватерлинией и сильно выступают за прочный корпус лодки, а потому при слабой конструкции и небольшой толщине обшивки (5—6 мм) будут подвергаться постоянным повреждениям при плавании". 103

Двадцать седьмого января 1914 г. в части подводного плавания ГУК состоялось новое совещание, посвященное вопросу переделки подводного заградителя "Краб".

Капитан 2-го ранга Б. А. Быков, командовавший в то время заградителем, высказался за снятие 1/4 керосиномоторов, что, по его мнению, помимо решения проблемы остойчивости, решало также вопрос улучшения обитаемости лодки, ибо при полном числе моторов на ней было довольно тесно. Присутствовавший на совещании генерал-майор И. Г. Бубнов настаивал на осуществлении вставки в корпус заградителя, считая, что только это обеспечит лодке остойчивость и плавучесть. Его поддержал корабельный инженер Л. X. Казин. Однако завод в лице своего представителя инженера Б. П. Лебеданского всячески уклонялся от этого варианта, ссылаясь на "трудности" его выполнения, а также большие сроки. По его мнению, для выполнения этой работы потребуется не менее 6 мес, в то время как на осуществление других вариантов — 3—4 мес. Одновременно Лебеданский высказал мнение, что предпочтительнее было бы переделать надстройку лодки, уменьшив толщину ее обшивки с 5—6 до 3 мм, и поставить небольшие вытеснители (разумеется, при устройстве свинцового киля). Участники совещания признали, что это предложение по своей целесообразности занимает второе место после варианта со вставкой и более приемлемо, чем другие варианты переделок. Рассмотрению последнего варианта и было посвящено совещание в части подводного плавания, состоявшееся 31 января. 104 В протоколе этого совещания было записано:

«Не имея от завода точных расчетов и чертежей этого варианта, совещание затрудняется положительно высказаться за его осуществление, тем более что даже при благоприятном разрешении вопроса об остойчивости, в чем нет уверенности, не улучшаются качества лодки в смысле морских качеств заградителя, а потому совещание считает наиболее верным способом для увеличения остойчивости и устранения других коренных недостатков соответствующее удлинение лодки в средней ее части.» 105

После переписки и переговоров между ГУК и Обществом николаевских заводов и верфей в конце концов был принят вариант установки на заградитель свинцового киля и вытеснителей.

Последующий период, вплоть до окончательной сдачи заградителя, был занят перестройкой "Краба" по последнему варианту, улучшающему остойчивость заградителя, и устранением ранее обнаруженных недостатков в его конструкции. «...Для выяснения вопросов, касающихся степени выполнения О-вом ник. зав. и верфей работ по устранению недостатков подводной лодки "Краб" ... и ускорения необходимых переделок, могущих задержать приемку лодки в казну, а также для наблюдения за техническим выполнением заводских работ ...» 106 приказом командующего Черноморским флотом № 799 от 10 октября 1914 г. из офицеров-подводников была создана специальная комиссия.

В 1914 — начале 1915 г. произошли изменения в офицерском составе подводного заградителя "Краб". Весной 1914 г. был отчислен временно командовавший лодкой капитан 2-го ранга Б. А. Быков и старшим офицером назначен лейтенант Константин Григорьевич Люби, одновременно исполнявший обязанности командира лодки до назначения постоянного командира старшего лейтенанта Льва Константиновича Феншоу (в сентябре 1914 г.). Исполняющим должность старшего инженер-механика лодки был назначен инженер-механик мичман Михаил Павлович Иванов. Позже, в феврале

1915 г., исполняющим должность старшего офицера стал лейтенант Владимир Валерианович фон Крузенштерн и, наконец, минным офицером — мичман Нестор Александрович Монастырев.

Таким образом, к началу окончательной сдачи в 1915 г. подводного заградителя "Краб" офицерский состав лодки был полностью укомплектован. Все эти офицеры (кроме лейтенанта Люби) успешно участвовали в первом боевом походе "Краба". Старший лейтенант Феншоу служил в подводном плавании с 1907 г. К моменту назначения на "Краб" он уже имел опыт командования подводными лодками, а затем в 1915 г. был назначен начальником I дивизиона подводных лодок. В состав комиссии для наблюдения за перестройкой "Краба" назначили: старшего лейтенанта Л. К. Феншоу (председатель), лейтенанта К. Г. Люби, инженер-механика мичмана М. П. Иванова и корабельного инженера штабс-капитана С. Я. Киверова.